Сколько беккерелей опасно для здоровья

Радиоактивность: беккерель, соотношение с кюри, микрозиверт — опасно/безопасно

Единица измерения радиоактивности (радиации) Беккерель (обозначение Бк, Bq, becquerel) — это количество ядерных распадов в образце в секунду. Не в килограмме, метре и литре, а в произвольном образце.

Радиоактивность воды, продуктов, почвы измеряется в беккерелях в 1 литре, килограмме, кубическом метре.

Для продовольствия радиоактивность должна измеряться в Бк/кг.

Сколько беккерелей в одном кюри, или чему равен один кюри?

Старая единица измерения — Кюри (Ки, Curie, Ci).
1 Ci = 37 GBq (гигаБеккерель)

Физически один Кюри — это такая радиоактивность, какую даёт один грамм изотопа радия-226. Радионуклид 226Ra — это самый стабильный изотоп радия, имеет период полураспада около 1600 лет.

Радий-226 возникает при распаде урана-238, урана-235, тория-232. Разумеется, весь этот радиоактивный набор имеется в количестве около сотни тонн в каждом ядерном реакторе АЭС.

Из радиоактивного радия-226 образуется через альфа-распад радиоактивный радон-222, с периодом полураспада 3,8235 суток.

Радон-222 альфа-распадом (выстреливая ядром гелия-4) образует нуклид полоний-218 с периодом полураспада 3,10 минуты, и так далее.

Сколько беккерелей опасно для здоровья?

Для тепловой мощности ядерного реактора в 1 мегаватт нужная радиоактивность примерно в 3×10**16 беккерелей (3 на 10 в 16 степени).

Так как при одном ядерном распаде далеко не всегда возникает только одна частица или квант, то по моему инженерно-метрологическому мнению, практические «измерения» радиоактивности в беккерелях в пересчёте на радионуклиды цезия или йода не имеют большого смысла — получается просто некая индикативная величина.

Химико-радиологическое исследования образцов, в результате которого получаются концентрации изотопного состава молока — это точное измерение, а беккерели, да еще пересчитанные на цезий… Всё равно, что платить за молоко в кассе супермаркета по цене в долларах за дойную корову.

Вторая сторона вопроса: «а что такое опасно для здоровья». Учитывая, что по официальным данным ООН/ВОЗ в преддверии четвертьвекового юбилея в результате Чернобыльской ядерной катастрофы официально ядерно пострадало (т.е. умерло от лучевой болезни) 57 человек, то напрашивается вывод, что «безопасно для здоровья» означает, что сразу не умрешь от полученной дозы радиации, умрешь потом. И чиновник-статистик не напишет, что умер от радиации.

Поэтому ядерные пропагандисты придумали «радиоактивный банановый эквивалент» — количество радиации, вводимой в организм при съедании одного банана. Дело в том, что радионуклиды содержатся везде, с том числе и в нормальной природной пище (если кто сможет найти таковую). Например, в пище содержится «природный» радиозотоп калий-40. В грамме природного калия (в естественной смеси изотопов калия) наблюдается 32 распада калия-40 в секунду, что есть 32 беккереля, или 865 пикокюри.

Естественная радиоактивность бананов — 130 Бк/кг, съев 1 килограмм бананов человек получает дозу облучения 0,66 микрозивертов. Это, конечно, очень условно. Считается, что бананы — один из самых естественно-радиоактивных продуктов питания. Однако их люди кушают десятки тысяч лет, табу на их поедание человечество не выработало.

Все натуральные продукты содержат некоторое количество радионуклидов. С пищей человек получает внутрь дозу радиации 0,35 миллизиверт за 1 год.

Что означают единицы измерения радиации - Зиверт, бэр, рентген
Таблица соответствия, соотношения микрорентген в час (мкр/ч) и микрозиверт в час (мкЗв/час)
Про ядерные реакторы Фукусимы

Скажу так: если радиация пахнет озоном, ногти и волосы светятся в темноте, то как боевая/рабочая единица человек пофункционирует еще часов или суток несколько в зависимости от I-IV степени острой лучевой болезни (ОЛБ). Именно такими критериями оперирует радиология, а вовсе не:
здоровый образ жизни, не болеть
успешное развитие и образование ребенка
возможность произвести здоровое, жизнерадостное потомство и иметь внуков-правнуков
и вообще быть красивым, успешным, жить долго и счастливо…

Какая радиация допустима, а какая нет — вопрос философский. Кому-то для запуска болезни из скрытого состояния достаточно выйти на 5 минут голым на улицу, а кто-то после бани может с удовольствием 10 минут валяться в снегу.

Одно дело — скушать грамм урана-235, другое дело — ввести в кровь грамм раствора соли цезия-137, третье дело пройти мимо 10 тонн чистейщего урана-238 в герметичном контейнере, даже из оконного стекла.

Я живу при радиации 5-15 микрорентен в час почти полвека, и ничего. Видел, что около радоновых источников тоже живут, при радиации в 35 мкр/ч. Не заметил, что намного счастливее. Но и заживо-гниющих светящихся местных жителей около радона тоже не встречал. Слухи «про повышенную онкологию» — встречал.

Но если я поднесу радиометр (к которым приклеилось ошибочное название «дозиметр») к образцу со цезием-137 (аппетитному грибу-маслёнку), и измеритель радиации покажет 35 мкр/ч, а потом унесу радиометр на 5 метров, и там показание будет 10 мкр/час, то… выкину этот образец куда подальше, вопреки тому, что уровень радиации в 35 мкр/ч (0,35 мкЗиверт в час — вполне приемлем как фоновая радиоактивность)

Потому что грамм этого образца скорее всего фонит в 1000 раз больше, чем окружающая меня местность — телесные углы излучения образца и размеры датчика прибора, расстояние считайте сами. 🙂

Если бы я скушал этот грибок, то мой организм бы усвоил часть соединений радиоактивного цезия и десятилетия облучал бы мой нежный организм изнутри. Казалось бы, микродоза, однако радиация — постоянно и в упор по моим клеткам. И еще неизвестно, по каким. Хотя что же тут неизвестного — вполне известно.

Поэтому цифры радиации — это очень условные цифры с точки зрения здоровья. Если радиоактивность воды выше естественного фона, не пейте ее. Вдруг в воде вместо неусваиваемого радона окажется соль радионуклида с длинным периодом полураспада, и организм «эту радиацию» усвоит и расположит где-нибудь в жировых запасах. И будет потом этот радионуклид облучать всю укороченную жизнь, так сказать — «собственная радиация — всегда с тобой».

Так как при авариях реакторов выбрасываются тяжелые радионуклиды, то тяжелые радионуклиды носятся в воздухе десятилетиями, в очень малой концентрации, но выпасть они могут очень концентрированно, а еще более концентрированно попасть в организм человека с едой. Хрестоматийные примеры: сало, грибы, молоко.

Так что если после ядерной катастрофы фон радиации повысился в пару раз в городе или селе N, расположенном в 3 тысячах километров от места катастрофы, а потом почти вернулся в норму… Лично я бы не спеша переехал в другое место. Но как узнать, а не прошло ли радиоактивное облако и там? Шарик-то круглый… А я люблю дикие грибы.

 

Вадим Шулман, инженер-метролог
(в статье использованы собственные знания и опыт, а также цифры из Википедии — со всеми вытекающими последствиями)

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

Уведомлять
wpDiscuz